Юбилеи 2018 года

130 лет
Завершение основных работ по строительству Сергиевского подворья в Иерусалиме

 

Сергиевское подворье Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО): история и современность. Павел  Платонов

 

115 лет
Завершение проектирования Николаевского подворья ИППО в Иерусалиме

 

Николаевское подворье ИППО в Иерусалиме. Николай Лисовой

 

А.Е. Элкин - архитектор Николаевского подворья Императорского Православного Палестинского Общества в Иерусалиме. Лариса Блинова

 

100 лет
Мученическая гибель  почетного члена ИППО сщмч. Владимира (Богоявленского)

 

В Киеве прошла научная конференция, посвященная 100-летию со дня мученической смерти почетного члена ИППО сщмч. Владимира (Богоявленского)

 

190 лет
День рождения первого уполномоченного ИППО в Иерусалиме Дмитрия Смышляева

 

От Урала до Иерусалима: труд и подвиг Дмитрия Смышляева. Николай Лисовой

 

170 лет
День рождения члена-учредителя и почетного члена ИППО графини Ольги Путятиной

 

"Христианнейшая графиня" Ольга Евфимьевна Путятина — благотворительница, член-учредитель и почетный член ИППО. Лариса Блинова

 

115 лет
Кончина инициатора создания ИППО Василия Хитрово

 

В. Н. Хитрово — основатель Императорского Православного Палестинского Общества. Николай Лисовой

 

Памяти старого паломника почетного члена и секретаря Императорского Православного Палестинского Общества Василия Николаевича Хитрово + 5 мая 1903 г. Свящ. Иоанн Лабутин

 

Памяти основателя Палестинского общества. Некрополь Никольского кладбища Александро-Невской лавры. Лидия Соколова

Информационные партнеры

Россия в красках: история, православие и русская эмиграция

 

Православный поклонник на Святой Земле. Святая Земля и паломничество: история и современность
Россия и Христианский Восток: история, наука, культура




Главная / Библиотека / Иерусалимский вестник / Иерусалимский вестник ИППО № V-VI, 2014 / IV. Свет Православия / Архимандрит Димитрий (Биакай): жизнь и служение в послевоенной Германии. А.А. Корнилов

Архимандрит Димитрий (Биакай):

жизнь и служение в послевоенной Германии

 

Начальник Русской духовной миссии в Иерусалиме (РПЦЗ) архимандрит Димитрий (Биакай) относится к числу клириков, служение которых только становится предметом исследования церковных историков. О. Димитрий служил начальником миссии в период 1950-1960-х годов (а точнее с 1951 по 1968 г.), время холодной войны в международных отношениях и сугубого противостояния двух частей Русской Церкви – Московской Патриархии и РПЦЗ. Деятельность русских клириков на Святой Земле во второй половине ХХ столетия только еще начинает привлекать внимание специалистов. Это объясняется тем, что лишь в 1990-е годы открылась и стала доступной определенная часть церковных архивных документов. Но если в России эта часть архивохранилищ и открылась, то сама неустроенность отношений РПЦ МП и РПЦЗ препятствовала спокойному и достаточно объективному рассмотрению вопросов служения духовенства и монашествующих в Палестине (Государство Израиль и Палестинская Автономия). После 2007 г., когда был подписан Акт канонического общения двух частей РПЦ, появилась возможность приступить  к серьезным историческим исследованиям на эту тему.  

 

Архимандрит Димитрий (Биакай) @ Все права защищены. Иерусалимское отделение ИППО. Использование фотографий разрешено только после получения письменного разрешения редакции нашего сайта: e-mail: ippo.jerusalem@gmail.com 

Архимандрит Димитрий (Биакай) 

 

Задача нашей статьи – на основе документов Архива Германской епархии РПЦЗ (далее – АГЕ) изучить период жизни о. Димитрия в послевоенной Германии. Документы АГЕ содержат не большой, но очень интересный пласт материалов, относящихся, по крайней мере, к трем этапам жизни о. Димитрия: немецкой оккупации Киева (1941-1943 гг.), служению в Третьем рейхе (1943-1945 гг.) и в большей мере к периоду перемещенных лиц (Displaced Persons или DP или ДиПи).         

 

По окончании второй мировой войны о. Димитрий оказался в Вендлингене-на-Некаре, недалеко от Штутгарта (ныне федеральная земля Баден-Вюртемберг). В Вендлингене сосредоточилась группа православного духовенства во главе с киевским протоиереем Адрианом Рымаренко. Все они бежали от войны и от советского политического режима. В свою очередь, духовенство попало в Вендлинген (американская зона оккупации) после опасных перемещений в последние дни войны из Берлина. О. Адриан Рымаренко с октября 1943 по февраль 1945 г. служил настоятелем Берлинского кафедрального собора. В Вендлингене были устроены церковь в честь Владимирской иконы Божией Матери и церковные мастерские. Это не был лагерь перемещенных лиц, это была необычная община русских православных беженцев.       

 

22 сентября 1946 г. о. Адриан, заботившийся о своем духовенстве, направил митрополиту Серафиму послужной список о. Димитрия, испрашивая архиерейского решения возвести игумена Димитрия в сан архимандрита: «Согласно нашему разговору относительно архимандритства о. Димитрия я пересылаю копию его формулярного списка и дополнение к списку»[1].      

 

Формулярный список крайне важен для обнаружения новых страниц биографии о. Димитрия. «Формулярный список Киево-Печерской Успенской Лавры иеромонаха Димитрия Биакай», составленный 19 сентября 1943 г., сообщал следующее[2].     

 

О. Димитрий в миру был Исмаил Александрович Биакай. Родился 18 февраля (полагаем, здесь указан старый стиль, потому что на могиле архимандрита на Елеоне указана эта дата и дата кончины по старому стилю) 1908 года. Уроженец города Киева.  Образование незаконченное среднее, «супружеством обязан не был». 16 ноября 1941 г., то есть уже под немецкой оккупацией, И.А. Биакай был пострижен в монашество с именем Димитрий. Постриг совершил схимоархиепископ Антоний (Абашидзе), ныне канонизированный Украинской Православной Церковью в лике местночтимых святых Киево-Печерской Лавры как преподобный[3]. Почему именно владыка Антоний совершил постриг? Ведь монашеский постриг мог свершить и другой священнослужитель Лавры. Формулярный список содержит объяснение на этот счет. Согласно документу, до поступления в Лавру Исмаил Биакай находился на гражданской службе (на какой именно, документ не уточняет) и одновременно состоял келейником и личным секретарем схимоархиепископа Антония[4]. Иными словами, будущего начальника РДМ и владыку Антония связывали очень близкие отношения.     

 

Затем 21 ноября 1941 года, на день Архистратига Михаила, монах Димитрий был принят в Лавру и назначен письмоводителем «с оставлением на послушании у схимоархиепископа».  Формулярный список далее хронологически перечисляет события из монашеской жизни о. Димитрия. 8 декабря 1941 г. он был рукоположен  в сан иеродиакона, 26 декабря – в сан иеромонаха. 13 марта 1942 г. иеромонах Димитрий был назначен правителем дел. Каких именно дел (вопросов)? Скорее всего, речь идет о канцелярии, о процессе документооборота Киево-Печерской Лавры. Тогда же в 1942 г. о. Димитрий назначен был членом Духовного Собора Лавры – органа для решения вопросов жизни монашеской обители. Формулярный список сообщает о наградах периода оккупации: 24 июня 1942 г. награжден набедренником, а 3 мая 1943 г. – наперсным крестом. Под всеми этими сведениями пишущей машинкой было напечатано имя наместника Лавры архимандрита Валерия, а ниже следовал текст, также машинописный, который гласил:     

 

«16 марта 1944 года иеромонах Димитрий возведен нами  в сан игумена с возложением палицы. Пантелеимон. Архиепископ Киевский. С подлинным верно: настоятель храма Пресвятой Богородицы в Вендлингене протоиерей Адриан Рымаренко».  На документе стояла печать Штутгартского благочиния Русской Зарубежной Церкви (Orthodox Church. Decanat of Stuttgart).     

 

Как уже говорилось, настоятель Вендлингенского храма о. Адриан упомянул в письме на имя владыки Серафима «дополнение к списку». В нем содержались также важные сведения о служении о. Димитрия в период Второй мировой войны. «Дополнение» указывало, что с 28 сентября 1943 г. по 11 февраля 1944 г. о. Димитрий находился в числе братии Почаевской Лавры, неся послушание помощника библиотекаря.  С 13 февраля 1944 г. по 21 сентября 1945 г. состоял при архиепископе Киевском Пантелеимоне. С 21 сентября 1945 г. и по настоящее время (то есть, по сентябрь 1946 г.) «состоит в числе причта храма Пресвятой Богородицы в Вендлингене». «Дополнение» было заверено также о. Адрианом Рымаренко[5].     

 

Как же о. Димитрий оказался в Почаеве? Объяснение, вероятно, лежит в том, что в сентябре 1943 г. Красная Армия стремительно приближалась к Киеву, и часть духовенства и монашествующих не желала оставаться жить при советской власти. Тот же о. Адриан Рымаренко со своими духовными чадами, среди них было духовенство, эвакуировался на запад. О. Димитрий направился в Почаевскую Лавру, где в свое время настоятелем был владыка Пантелеимон (Рудык), бывший при немецкой власти управляющим Киевской епархией Украинской Автономной Православной Церкви. Владыка Пантелеимон двигался на запад, видимо через Почаев или подвизался в Лавре некоторое время под оккупацией. Таким образом, о. Димитрий оказался в Германии, следуя с владыкой Пантелеимоном, Почаевской братией и рядом священнослужителей. Интересно также заметить, что вышеупомянутый Формулярный список был составлен 19 сентября 1943 года, а 28 сентября того же года о. Димитрий находился уже в Почаевской Лавре. Вероятно, его эвакуация из Киева состоялась в период между 19 и 28 сентября 1943 г.       

 

Митрополит Берлинский и Германский Серафим[6] направил свое ходатайство о возведении о. Димитрий в сан архимандрита дальше по инстанции, в Архиерейский Синод Русской Зарубежной Церкви.     

 

18 сентября/1 октября 1946 г. Синод слушал представление владыки Серафима и постановил возвести игумена Димитрия в сан архимандрита «во внимание к усердному служению его Святой Церкви»[7]. В Архиве Германской епархии отложился и документ о возведении в сан архимандрита. В официальном письме от 1 ноября 1946 г. на имя митрополита Серафима  епископ Феодор (Рафальский) сообщал:     

 

«Согласно отношения Вашего Высокопреосвященства от 2/X 1946 г. за № 945 о. игумен Димитрий (Бiякай) 21 сентября ст. ст. сего года в Вендлингенском православном храме за Божественной Литургией возведен мной в сан Архимандрита, о чем считаю своим долгом доложить Вашему Высокопреосвященству. Вашего Высокопреосвященства смиреннейший послушник и недостойный богомолец Епископ Феодор»[8]. Возведение в сан архимандрита состоялось 4 октября 1946 г.     

 

Прошение о возведении в сан архимандрита было удовлетворено, и наполненный чувством благодарности о. Адриан писал владыке Серафиму: «Если бы Вы знали, как радостно чувствовать, что Вы у нас есть такой, какой Вы есть. Когда получили архимандритство о. Димитрия, особенно чувствовали Вас. Вы, родной Святый Владыко, поймите нас. Не архимандритство как «величание», а то, что делает о. Димитрий, требовало его положения, и Вы, Владыко Святый, поняли и укрепили. Спаси, спаси Вас, Господи!»[9]     

 

Новопоставленный архимандрит Димитрий смиренно благодарил правящего архиерея в письме от 9 октября 1946 г.: «Удостоенный Великой Архипастырской милости Вашей приношу глубокую благодарность Вашему Высокопреосвященству, сознаю, что высокая награда отнюдь ничем не заслужена мною, а дарована в утешение щедротами Божиими и милостями Его»[10].  В том же письме о. Димитрий просил владыку Серафима об иной милости, и это прошение свидетельствует о том, с какой искренней христианской любовью о. Димитрий относился к своему настоятелю.     

 

«Ваше Высокопреосвященство! Решаюсь уведомить Вас, -  писал о. архимандрит, - что в день Покрова Божией Матери наша община  будет праздновать 25-летие в священном сане своего Настоятеля [в тексте письма последнее слово написано с большой буквы – А.К.]. (1 окт. ст.ст. – день рукоположения во диакона, а 3 окт. Ст.ст. – во пресвитера, в 1921 году). Пишу об этом, зная, как о. Адриан ценит и дорожит Архипастырской молитвой и благословением, но, разумеется, без ведома его. Простите меня, Ваше Высокопреосвященство, за дерзновение. Еще раз припадая к стопам Вашим, смиренно благодарю и прошу Вашего святительского благословения и молитв.      

 

Недостойный послушник Димитрий – Вашего Высокопреосвященства милостию – Архимандрит»[11]. Очевидно, о. Димитрий своим письмом просил владыку Серафима либо почтить праздник Покрова Вендлингене своим участием в богослужении либо направить письменное поздравление с преподанием архипастырского благословения.  Письмо о. Димитрия было написано его рукой, поэтому мы можем судить, какой ясный, уверенный, понятный и красивый почерк был у бывшего письмоводителя владыки Антония (Абашидзе).         

 

После 1946 г. в исследованных нами документах АГЕ наступает «перерыв», в котором нет детальных сведений об о. Димитрии (Это не означает, что нет иных документов, которые еще предстоит выявить и анализировать). В мае 1949 года на имя митрополита Серафима поступило письмо от Свято-Николаевского приходского совета г. Штутгарта. Приходской совет просил назначить настоятелем архимандрита Димитрия (Биакай), служившего в Вендлингене.     

 

«Обратиться к Вам с настоящей просьбой, - писали члены совета, -  вынуждает нас обстановка, создавшаяся в нашем приходе, и необходимость умиротворить всех прихожан. Мы убедительно просим Вас, святой Владыка, внять нашей просьбе, и мы можем сказать Вам, что назначение архимандрита Димитрия будет встречено с большой радостью». Обращение было подписано церковным старостой С. Коноплевым.  На тексте письма владыка Серафим рукой написал резолюцию: «18.V.49. Отправлен запрос о. А. Рымаренко, о чем сообщено г. Коноплеву. М.С.»[12].  Мы можем только предполагать, что приходской совет церкви Штутгарта не случайно называл о. Димитрия как возможного настоятеля. Видимо, штутгартцы приезжали в Вендлинген, в общину о. Адриана, знали и беседовали с о. Димитрием, видели, как он совершает богослужения (а в период тяжелой болезни о. Адриана о. Димитрий часто служил в церкви Владимирской иконы).     

 

Запрос митрополита Серафима действительно был отправлен в Вендлинген. Прочитав запрос и письмо из Штутгарта, о. Адриан ответил правящему архиерею письмом, в котором, в частности, писал: «Отвечаю на Ваше письмо от 18 мая с/г № 212/49 о назначении о. Архимандрита Димитрия в Штутгарт, в Свято-Николаевскую церковь. Наш Вендлинген понемногу разъезжается, уже уехал о. протодиакон Потоев.  Каждый день приносит новый номер для переезда[13]… Относительно вопроса о немедленном перемещении о.Архимандрита думаю - Вы сами решите. Не зная общего положения, не дерзаю мешать столь важному делу Штутгартского прихода. …Прошу Вашего благословения. Целую Вашу руку. Горячо любящий Вас протоиерей Адриан Рымаренко»[14]. О. Адриан был смиренным священнослужителем, в то время он по-прежнему тяжело болел, и частое совершение богослужений было ему не под силу. Тем не менее, он  готов был согласиться на назначение о. Димитрия в Штутгарт. Предвидя это согласие, обеспокоенная супруга о. Адриана, матушка Евгения решила сама обратиться к митрополиту и попытаться остановить назначение о. Димитрия.     

 

«Многоуважаемый Владыко, благословите! – писала 26 мая 1949 г. матушка Евгения. – Простите, что я осмеливаюсь писать Вам и излагать свою просьбу. Слышала о назначении архимандрита Димитрия в Штутгарт и очень боюсь, что ему будет предписано ехать туда очень скоро! Уверена, что о. Адриан не захочет прерывать  ежедневное богослужение до Троицы и начнет совершать его сам – а результат будет тот, что он опять заболеет к моменту нашего отъезда [Семья о. Адриана ожидала завершения процедуры оформления документов для переезда в США – А.К.] и что я тогда буду с ним делать?... Еще раз простите меня за мою смелость и не упоминайте о. Адриану о моей просьбе, т.к. он скажет, что я вмешиваюсь не в свое дело и рассердится на меня!»[15]      

 

Так или иначе, вопрос о назначении о. Димитрия в Штутгарт продвигался. В июне 1949 г. митрополит Серафим, вероятно, дал положительный ответ на просьбу православных штутгартцев. Мы делаем такой вывод из письма Штутгартского приходского совета на имя правящего архиерея. В том письме староста С. Коноплев и другие члены совета благодарили митрополита за положительный ответ и писали: «С нетерпением ожидаем того момента, когда Вы, Святой Владыко, благословите архимандрита Димитрия на прибытие в наш храм». Владыка Серафим, прочитав письмо прихожан, надписал рукой для секретаря епархиального управления игумена Георгия (Соколова): «21.6.49. Запросить о. архим. Димитрия, когда он может вступить в исполнение должности настоятеля в Штутгарте. М. Серафим»[16].     

 

На следующий день игумен Георгий напечатал на машинке письмо о. Димитрию (№563 от 22.06.49) следующего содержания:  

 

«Его Высокопреподобию, о. Архимандриту Димитрию     

 

По распоряжению Высокопреосвященного Владыки митрополита имею честь просить Вас сообщить, когда Вы намерены вступить в исполнение должности настоятеля храма в г. Штутгарте.     

 

Секретарь епархиального управления (Игумен Георгий)»[17].      

 

Архимандрит Димитрий как показывают документы, все-таки находился в сложном положении. Конфликтная ситуация на Штутгартском приходе, которая привела к уходу настоятеля о. Василия Виноградова, была непростой, наверное, пугала о. Димитрия. Вендлингенская община была более закрытой от мирских склок и тревог «житейского моря». В то же время о. архимандрит был монахом, взявшим на себя обет послушания.  Часть своих переживаний о. Димитрий выразил в ответном письме 25 июня о. Георгию: «не смея отказываться от послушания, возлагаемого на меня архипастырской волей Его Высокопреосвященства и считая принятие его обязательным для себя во всякое время, чувствую, тем не менее, свою полную неподготовленность к такому ответственному служению, как настоятельство в Штутгарте. Поэтому лишь только закончу свое лагерное оформление и переселение в Армянский лагерь Штутгарта (что займет, очевидно, всю наступающую неделю), намереваюсь с Божией помощью прибыть в Мюнхен, чтобы лично представить свои немощи и недостатки Владыке Митрополиту. Вашего Высокопреподобия смиренный сомолитвенник недостойный Архим. Димитрий»[18].     

 

Прошло пять дней, и 30 июня 1949 г. митрополит Серафим подписывает Указ № 583: «Согласно многократному ходатайству членов Церков. Приходского Совета св. Николаевской церкви г. Штутгарта, на место уволенного протопресвитера В. Виноградова назначить архимандрита Димитрия, с освобождением его от должности при церкви в Вендлингене. Архимандриту Димитрию немедленно вступить в свою новую должность.  

 

О сем сообщить архимандриту Димитрию, протоиерею А. Рымаренко, прот. П. Савицкому и членам Церк. Прих. Совета св. Николаевской церкви»[19].     

 

Архимандрит Димитрий совершил первое богослужение в Свято-Николаевской церкви 10 июля (воскресение), о чем доложил правящему архиерею в письме от 11 июля из Штутгарта[20]. Прихожане Штутгарта полюбили о. Димитрия и высоко ценили его как священника, как духовника, как настоятеля. Очевидно, о. Димитрий смог восстановить мир на приходе и наладить равномерную богослужебную жизнь. «Его появление и чисто христианское отношение к прихожанам и делам нашей Церкви внесли успокоение в приход, а ему снискало любовь и уважение всех решительно прихожан. Важнейший вопрос восстановления нашего разрушенного во время войны храма при неутомимо участии и энергии о. Димитрия стал на реальную почву и быстро продвигается к его благополучному разрешению»[21].     

 

Такую великолепную оценку деятельности своего настоятеля дал приходский совет в письме митрополиту Серафиму, датированном 9 ноября 1949 г. Однако именно в эти дни приход узнал о том, что любимый ими о. Димитрий получил новое назначение – служить в Палестине. На тексте письма штутгартских прихожан мы читаем их просьбу оставить о. Димитрия до окончания восстановительных работ в храмовом здании. Там же мы читаем надпись митрополита Серафима: «Сообщить [приходскому совету – А.К.], что о. архим. Димитрий назначен в Иерусалим постановлением Архиерейского Синода, а не Епархиального управления; последнее не может отменить постановление Арх. Синода». Иными словами, владыка подчеркивал самый высокий уровень назначения о. архимандрита в Палестину.     

 

Анализ документов епархиального архива позволяет предположить, что какое-то время о. Димитрий оставался служить в Штутгарте. В нашем распоряжении имеется Указ митрополита Серафима от 5 января 1950 г. о назначении о. Димитрия настоятелем православной церкви при лагере ДиПи Функ-Казармы[22]. В указе нет слов о том, что архимандрит Димитрий освобождается от обязанностей настоятеля прихода в Штутгарте. Мы также не располагаем пока какими-либо сведениями о служении о. Димитрия в церкви Функ-Казармы. Возможно, назначение архимандрита в Функ-казармы было связано с растущей нехваткой священников в лагерных приходах – ведь как раз в 1949-1950 гг. множество священнослужителей стремительными темпами эмигрировало в страны Западного полушария.

 

Приближалось время отъезда о. Димитрия в Палестину. 2 апреля 1950 г. митрополит Серафим и игумен Георгий подписали документ «Канонический отпуск»:

 

«Выдан сей Епархиальным Управлением Православной Епархии в Германии архимандриту ДИМИТРИЮ БИАКАЙ во свидетельство того, что он находился на служении в Православной Епархии в Германии с 1944 года и уволен по причине выезда из Германии. За время своего служения архимандрит Димитрий (Биакай) под следствием, судом и запрещением не состоял и не состоит, и препятствий к его переходу на служение в другую епархию Русской Православной Церкви заграницей  со стороны Епархиального Управления Православной Епархии в Германии не встречается»[23].     

 

Архимандрит Димитрий, как и многие его сослужители, пережили неслыханные преследования от атеистической власти, затем жестокую немецкую оккупацию и сложный период полуголодного существования перемещенных лиц. Тем не менее, о. Димитрий, уповая на помощь Помощника и Покровителя, в те страшные и мятежные годы сохранил и развил в себе самые лучшие качества пастыря и духовника. Почитание, которым окружено сегодня имя о. Димитрия на Елеоне и в других обителях Святой Земли, во многом связано с его искренним христианским отношением к людям. К каждому человеку о. Димитрий старался относиться как евангельский самарянин к раненному от разбойников. Но такое отношение родилось и расцвело благодаря скорбям, испытаниям в период служения в годы Второй мировой войны и в послевоенной Германии.   

 

 

© Александр Алексеевич Корнилов,

доктор исторических наук, профессор,  

заведующий кафедрой регионоведения, 

руководитель НИЛ «Русское Зарубежье»

факультета Международных отношений

Нижегородского государственного университета 

им. Н.И. Лобачевского (ННГУ),

заместитель Председателя Нижегородского отделения

Императорского Православного Палестинского Общества

 

 

Иерусалимский вестник Императорского Православного Палестинского Общества.

Выпуск № V-VI. 2014 г. 

 

Издательство: Иерусалимское отделение ИППО.

Иерусалим. ISBN 978-965-7392-67-6.

Страницы 217-225.

 

© Иерусалимское отделение ИППО

Копирование и любое воспроизведение материалов этой статьи разрешено только после письменного разрешение редакции нашего сайта: ippo.jerusalem@gmail.com

 

Примечания

   


[1] АГЕ, Ф.2, Д. Архимандрит Димитрий (Биакай). Л.17.
[2] Там же. Л.18 об. 
[3] О прославлении владыки Антония (Абашидзе) см.: Журнали засідання Священного Синоду Української Православної Церкви від 14 червня 2011 року. Ж У Р Н А Л  № 21/ Українська Православна Церква// Режим доступа: http://orthodox.org.ua/article/zhurnali-zas%D1%96dannya-svyashchennogo-sinodu-ukra%D1%97nsko%D1%97-pravoslavno%D1%97-tserkvi-v%D1%96d-14-chervnya-20
[4] Сергей Адрианович Рымаренко, сын о. Адриана, вспоминал в 2000 г., что  Василий Филиппович, будущий владыка Леонтий Чилийский, также был келейником у владыки Антония (Абашидзе). С.А. Рымаренко рассказывал, что в келье владыки Антония стоял гроб, в котором владыку должны были похоронить, и Василий и будущий о. Димитрий держали там конфеты. С.А. Рымаренко считает, что И.А. Биакай работал на железной дороге. Но пока это версия, которую следует проверять по источникам. Интервью с С.А. Рымаренко см.:  Воспоминания С.А. Рымаренко об архиеп. Леонтии. 15 ноября 2000 г./ Вопросы истории Русской Зарубежной Церкви// Режим доступа: http://www.rocorstudies.org/church-people/archbishop-leontii/2012/11/23/vospominaniya-s-a-rymarenko-ob-arxiep-leontii/  
[5] Дополнение к формулярному списку игумена Димитрия Биакай// АГЕ, Ф.2, Д. Архимандрит Димитрий (Биакай). Л.19.
[6] Митрополит Серафим (в миру Карл Георг Альберт Ляде или Лядэ, нем. Karl Georg Albert Lade; 1883-1950) - епископ Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ) немецкого происхождения. C 1938 года митрополит Берлинский и Германский.
[7] Указ из Архиерейского Синода Русской Православной Церкви заграницей Преосвященному Серафиму, Митрополиту Берлинскому и Германскому. № 1323. Мюнхен. 10/23 октября 1946 г./ Там же. Л.16.
[8] Епископ Феодор Его Высокопреосвященству, Высокопреосвященнейшему Серафиму, Митрополиту Берлинскому и Германскому. Мюнхен. 1.11.1946// Там же. Л.15. Заметим, что владыка Феодор (в миру Александр Порфирьевич Рафальский) должен был быть хорошо знаком с о. Димитрием и настоятелем Вендлингенского храма о. Адрианом. В период войны и оккупации он служил священником (протоиереем) в Украинской Автономной Церкви МП. К этой же юрисдикции относился и о. Димитрий и о. Адриан. Овдовев, о. Александр был пострижен в монашество. Его архиерейскую хиротонию возглавил архиепископ Волынский Алексий (Громадский), и хиротония эта состоялась в Почаевской Лавре. После войны владыка Феодор служил в церквах лагерей  перемещенных лиц в районе Мюнхена. Подробнее биографию епископа Феодора см.: Нивьер А. Православные священнослужители, богословы и церковные деятели  русской эмиграции в Западной и Центральной Европе. 1920-1995. Биографический справочник. – М.: Русский путь; Париж: YMCA-Press, 2007. С. 508-509. 
[9] Личное дело протоиерея Адриана Рымаренко// АГЕ. Ф.2. Л.29, 29об.
[10] АГЕ, Ф.2, Д. Архимандрит Димитрий (Биакай). Л.13.
[11] Там же. 
[12] Там же. Л.12.
[13] Здесь о. Адриан имеет ввиду начавшийся процесс отъезда духовенства и мирян Вендлингенской общины за океан, преимущественно в Соединенные Штаты. Возможно, он ожидал такого приглашения и для о. Димитрия. Но Бог судил иначе и готовил для архимандрита назначение в Палестину. 
[14] АГЕ, Ф.2, Д. Архимандрит Димитрий (Биакай). Л.10.
[15] Там же. Л.9, 9об. Болевшему о. Адриану необходимо было регулярное питание, а совершение ежедневных богослужений означало вкушение только после литургии.
[16] Там же. Л.11.
[17] Там же. Л.11об.
[18] Там же. Л.8. На письме о. Димитрия рукой о. Георгия было написано, что митрополит Серафим находился в эти дни в санатории. В письме упоминается армянский лагерь. Действительно, в Штутгарте находился крупнейший центр армянских перемещенных лиц, явление очень интересное и самобытное в этнокультурном плане. Об этом лагере см.: Ордуханян А. Армяне в послевоенной  Германии/ Анив. 27.08.2011. № 2(35)// Режим доступа: http://www.aniv.ru/archive/29/armjane-v-poslevoennoj-germanii-azat-orduhanjan/. Вопрос об отношениях русских православных и армянских ДиПи в Штутгарте может стать выигрышной темой историков России и Армении. 
[19] АГЕ, Ф.2, Д. Архимандрит Димитрий (Биакай). Л.6. Протоиерей Павел Савицкий исполнял обязанности настоятеля прихода в Штутгарте.
[20] 20. Там же. Л.5.
[21] Там же. Л.4. Эти ценные качества о. Димитрия проявились в полной мере на Святой земле. Вот как монахини Свято-Вознесенского женского монастыря на Елеоне отзывались об управлении Димитрия духовной миссией в Иерусалиме: «Благодаря его блестящему уму, феноменальной памяти, энергии и такту, установились необходимые добрые отношения для нормализации осложнившегося положения Русской духовной миссии и возобновился приток паломников, принимаемых с широким русским радушием» -   Русский Спасо-Вознесенский женский монастырь на святой горе Елеон. К столетию со дня освящения Спасо-Вознесенского храма. 1886-1986. – Иерусалим: Издание Русской Духовной Миссии в Иерусалиме, 1986. С.70.  Здесь же необходимо сказать и о разрушении штутгартского храма в годы войны. В ночь с 12 на 13 сентября 1944 г. попаданием бомбы союзников храм был разрушен. Стены выдержали силу взрыва, но башня колокольни и купол обрушились. Сгорели ценные книги и убранство – История Храма Святителя Николая в Штутгарте/ Храм святителя Николая г. Штутгарт. Русская Православная Церковь// Режим доступа: http://www.rok-stuttgart.de/v3/ru/home/church-history.html
[22] АГЕ, Ф.2, Д. Архимандрит Димитрий (Биакай). Л.2.
[23] Там же. Л.1. Среди архивных документов мы должны назвать ходатайство митрополита Серафима (дата ходатайства неизвестна, как неизвестен пока и ответ Синода), направленное в Архиерейский Синод РПЦЗ. Владыка Серафим просит о награждении архимандрита Димитрия «скрижалями на его мантию красного цвета» - Там же. Л.3. 

Автор: Корнилов, Александр Алексеевич

версия для печати