Юбилеи 2017 года

170 лет
Учреждение Русской духовной миссии в Иерусалиме

 

История здания Русской Духовной Миссии в Иерусалиме с домовым храмом св. мученицы Александры. Павел Платонов

 

На Святой Земле отпраздновали 170-летие Русской духовной миссии

 

135 лет
Создание Императорского Православного Палестинского Общества

 

Роль ИППО в организации быта и нужд русских поклонников в конце XIX начале XX веков. Павел Платонов

 

Кадровая политика Императорского Православного Палестинского Общества на Ближнем Востоке (1882–1914 гг.): русские сотрудники учебных заведений. Петр Федотов

 

Еще статьи раздела "История ИППО"

 

160 лет
День рождения первого председателя ИППО великого князя Сергея Александровича

 

Великий князь Сергий Александрович и его соратники. Н. Н. Лисовой

 

200 лет
День рождения архим. Антонина (Капустина)

 

Архимандрит Антонин (Капустин) - начальник Русской Духовной Миссии в Иерусалиме

 

Документальный фильм «Архимандрит Антонин (Капустин)»

 

Антонин Капустин - основатель «Русской Палестины». Александра Михайлова

 

170 лет
Назначение свт. Феофана Затворника в состав РДМ в Иерусалиме

 

Святитель Феофан Затворник в составе Русской духовной миссии в Иерусалиме (1847-1855 гг.) по документам АВПРИ. Егор Горбатов

 

120 лет
Кончина игум. Вениамина (Лукьянова)

 

Вениаминовское подворье в Иерусалиме. Павел Платонов

 

130 лет
Закладка Александровского подворья в Иерусалиме

 

Иерусалим. Александровское подворье. Татьяна Тыжненко

 

От «Русских раскопок» до Александровского подворья Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО) в Иерусалиме. Павел Платонов

 

120 лет
Открытие отдела ИППО в Нижнем Новгороде


Памятные места Нижегородской земли, связанные со святыми именами и с историей ИППО. Павел Платонов

 

110 лет
Юбилей со дня рождения члена ИППО, благотворителя Святой Земли А.В. Рязанцева

 

Соликамский член Императорского Православного Палестинского Общества Александр Рязанцев и русский благовестник на Елеоне. Лариса Блинова

Информационные партнеры

Россия в красках: история, православие и русская эмиграция

 

Православный поклонник на Святой Земле. Святая Земля и паломничество: история и современность
Россия и Христианский Восток: история, наука, культура




Часть 4.
Сергиевское подворье – сердце Русской Палестины

Мы коснулись темы архивов, сохранившихся документов, даже беседуем среди архива Сергиевского подворья, в связи с этим можно лисчитать, что история Сергиевского подворья Императорского Православного Палестинского Общества полностью известна и хорошоизучена? Что в ней было интересного или особенного? 

Как это ни парадоксально, Сергиевское подворье, с моей точки зрения как историка, прежде всего, является памятником неладов, тренийи конкуренции различных инстанций, которые занимались русским делом на Ближнем Востоке.

Палестинское Общество сразу же после своего возникновения, в 1882 году, ставило перед Палестинской Комиссией Азиатского департамента МИД вопрос о расширении помещений для паломников, поток которых быстро увеличивался. К тому времени уже существовали Елизаветинскоеи Мариинское подворья, но они не вмещали всех богомольцев. Предлагались разные идеи. Например, восстановить когда-то проектировавшиеся вторые этажи и на Елизаветинском, и на Мариинском подворьях. На литографиях они изображались с двумя этажами, как утвердил император. Но деньги быстро «испарились», и вторые этажи не были построены. Высказывалась также мысль строить новое подворье, – в частности, на томместе, где потом и было построено Николаевское подворье с боковым фасадом на Яффскую улицу. Палестинская комиссия встала насмерть,не разрешила. Она вообще не давала возможности первые годы Палестинскому Обществу работать в Святой Земле, опасаясь, очевидно, конкуренции, удвоения инстанций и властей и т. д.

Поэтому деятельность Палестинского Общества по отношению к паломникам в первые годы заключалась в другом. Оно добилось введения паломнических книжек, договорилось с директорами различных железных дорог, которых тогда было много, с Русским обществом пароходстваи торговли (РОПИТ) о льготном проезде паломников. В 1885 году в Иерусалим был направлен уполномоченный ИППО Дмитрий Дмитриевич Смышляев с первоначальным заданием построить водогрейный аппарат, чтобы дать паломникам возможность просто чаю пить в достаточном количестве. Затем на деньги купчихи Болихиной была идея открыть чайную, затем была идея использовать для растущего числа паломников войлочные кибитки, которые во множестве остались в армии после туркестанских походов.

 

Нужно было все попробовать. И только в последнюю очередь, на обязанности Д. Д. Смышляева было возложено провести еще раз переговорыи решить вопрос о строительстве нового здания на наших старых подворьях. Этого Смышляеву не удалось. Но зато он нашел буквально рядом большой участок, на котором сейчас находится Сергиевское подворье, и написал В. Н. Хитрово буквально следующее: «если Вы хотите действительно построить подворье, если Вы хотите, чтобы деньги Палестинского Общества не пропали даром, а я не возьму на свою совесть такого, чтобы они даром пропали, то необходимо купить собственный участок и начать собственное строительство».

Этим «собственным строительством» и стало Новое подворье. Первоначально оно называлось Новое подворье, вот у нас на корешкахинвентарных книг так и написано: «ИППО. Инвентарь Нового подворья». «Сергиевским» оно стало только после гибели великого князя Сергия Александровича в 1905 году.

После завершения строительства Нового подворья вопрос с размещением паломников разрешился? 

На самом деле оно не сильно увеличило площади для паломников. Его значение было в другом. Оно стало, как мы теперь говорим, штаб-квартирой Палестинского Общества или, как говорят сами документы, Конторой Управления русскими подворьями в Святой Земле.

Оно действительно было штабом, руководящим центром всех направлений деятельности и всех учреждений Палестинского Общества. Именно поэтому мы здесь видим документы и по всем подворьям, и по всем школам, и по русской больнице, и по амбулаторной в Бет-Джале, и по амбулаторной в Назарете, которые были Палестинским Обществом построены для медицинского обслуживания местных жителей и паломников в разных местах Палестины.

 

Здание с круглой угловой башней готического вида, с развевающимся флагом Палестинского Общества на вершине, и было с самого начала задумано, прежде всего, как символ русского присутствия в Иерусалиме и в Святой Земле. Конечно, существовала Русская Духовная Миссия, это было представительство Церкви, существовало русское консульство, это было государственное политическое и дипломатическоепредставительство. Но православную Россию, ее народ, мощную православную культуру, или, как мы теперь говорим, православную цивилизацию – вот их представляло Сергиевское подворье Императорского Православного Палестинского Общества. Поэтому флаг, поэтому библиотека, поэтому архив, поэтому народная трапезная, украшенная, как монастырская трапезная, росписями евангельскими. Это не церковь и не часовня, это трапезная, и эта трапезная не только была для тех, кто жил на подворье.

 

На подворье, в основном, жили представители так называемых I и II классов, т. е. привилегированные сословия, а народ сюда имел возможность приходить именно в народную трапезную. Здесь обедали, здесь разговлялись на Пасху, когда весь двор Сергиевского подворья заставлялся столами со всех русских подворий, сюда приходили разговляться за счет Палестинского Общества. Есть фотографии, как огромную бочку вина выкатывают на подворье для разговения паломников.

То есть это была именно столица Русской Палестины, вот так я бы назвал. Сергиевское подворье – столица или центр Русской Палестины, и, естественно, что вся руководящая работа по подворьям, и по науке, и по раскопкам, и по учебному процессу русских школ, всё сосредотачивалось здесь. Вот в чем смысл Сергиевского подворья.

 

И все-таки на подворье останавливались паломники. Расскажите, кто из известных людей здесь побывал? 

 

Что касается непосредственного использования подворья для проживания, здесь останавливались известные лица. Василий Николаевич Хитрово – основатель Палестинского Общества и его бессменный секретарь с 1889 по 1903 год до самой смерти; профессор Алексей Афанасьевич Дмитриевский – секретарь Палестинского Общества, когда приезжал в Иерусалим; архимандрит (впоследствии епископ) Михаил (Грибановский) – зачинатель нового направления в русском богословии; делегация Московской Духовной Академии – группа профессоров и студентов во главес ректором епископом Арсением (Стадницким). Здесь останавливался Илья Ефимович Репин. Здесь останавливались многие писатели, публицисты, художники. Их имена вписывались в отдельную книгу, и в издававшемся журнале «Сообщений ИППО» даже была специальная рубрика «Список останавливающихся на Сергиевском подворье». Про другие подворья так не писали.

По существу Сергиевское подворье, наконец, восполнило то, чего так не хватало Русским Постройкам. Оно стало «дворянским подворьем».С самого начала, как только были построены женское и мужское подворья, т. е. еще с 1864 года, возник вопрос, а где же будет останавливаться, как тогда говорили, «чистая публика»? Не в общих же палатах с крестьянами-паломниками. И тогда было принято решение выделить часть здания Русской Духовной Миссии под «дворянский приют». И первый этаж южного корпуса Русской Духовной Миссии, там, где теперь канцелярия Духовной Миссии, «Красная гостиная» и помещения членов Русской Духовной Миссии, весь первый этаж этого корпуса, именно там, где теперь центральный вход, это был «дворянский приют».

 

Отец архимандрит Антонин (Капустин) всё время с этим боролся. Он говорил, что это неправильно, что у Миссии отняли огромную часть площади, что в Миссии должны жить, прежде всего, духовные лица, которых тоже много приезжало в Иерусалим, и их иногда негде было разместить. Словом, он боролся за то, чтобы Миссии были возвращены все эти помещения, но ему только обещали: «да, да обязательно». Наконец, когда в1888 году приехал второй раз великий князь Сергей Александрович, и о. Антонин в очередной раз к нему приступил и подал соответствующую бумагу, великий князь решил, что как только будет построено Новое подворье, «дворянский приют» переселится в него.

 

Но, тем не менее, были комнаты III класса? 

Первоначально были, потом они исчезают. Вот перед нами инвентарные книги, в которых, начиная с определенного времени, вообщене упоминаются комнаты III класса. Помните, когда нас на подворье посетили посол РФ в Израиле П. В. Стегний и начальник Русской Духовной Миссии архимандрит Тихон (Зайцев), мы им показывали наши буклеты о Сергиевском подворье, где прямо написано – только помещения I иII класса, III-го уже не было. Хотя повторяю, народная трапезная была для народа, I и II класс имели свои столовые.
Но потом начались трагические страницы в истории Сергиевского подворья.

В 1914 году, когда началась Первая мировая война, и по приказанию турецких властей, были закрыты все учреждения Палестинского Общества, прекращены занятия в школах Общества, Сергиевское подворье разделило судьбу всех наших подворий. Персонал, в том числе, школьные преподаватели были либо высланы из страны, либо интернированы. Подворья были заняты турецкой армией – под казармы, под жандармерию, под командование, под штабные помещения и т. д. Так продолжалось до 1918 года. В декабре 1917 года в Иерусалим вошел генерал Алленби, и турецкие казармы, то есть наши подворья, были предоставлены английской армии. Теперь уже она вселилась в те же самые здания: здесь располагались как жандармские, так и штабные помещения. У нас на Сергиевском подворье была жандармерия вплоть до 1948 года.

 

На правах так называемой принудительной аренды.

Именно власти Британского мандата ввели условно-принудительное арендование помещений. Они рассуждали примерно следующим образом:мы же гуманные люди, мы же думаем о том, что голодают матушки Горненского и Елеонского монастырей, что нужно поддерживать Русскую Духовную Миссию, что надо поддерживать учреждения Палестинского Общества, им нужны деньги, которые Британское правительство не можетгарантировать, значит надо недвижимость забрать в аренду.

 

 

Так, здание Духовной Миссии было сдано под Верховный суд Британского мандата, и он там находился до 1948 года. В Сергиевском подворье была жандармерия, в Мариинском была тюрьма для тех, кто выступал против Британского мандата, в Елизаветенском был полицейский участок. Англичане платили символическую арендную плату, которой, как считают некоторые специалисты, в том числе, С. Баталден, на первых порах хватало. Но на самом деле матушкам ни на Елеоне, ни в Горней этих денег не хватало, или они до них отчасти не доходили. И матушкам приходилось работать, даже на тяжелейших земляных работах, когда шоссе в Иерихон строилось. Это наши матушки копали. Матушкам приходилось работать домработницами и няньками по всему Иерусалиму. В период Британского мандата выше всего ценились русская прислугаи русские няньки. Это были наши матушки.

 

Как честно признает в своей работе С. Баталден о русских недвижимостях в период Британского мандата, от описываемых аренд больше всего выиграл сам Британский мандат. Никакой благотворительности здесь не было. Англичане думали, что они будут здесь сидеть долго и прочно, что они вокруг создадут арабские вассальные государства по отношению к Англии, а Иерусалим будет административным центром для руководства. Сохранилась карта, как планировалось расчленение Палестины и Святой Земли на арабские вассальные государства с центром в Иерусалиме. Вот о чем думали британцы.

 

Но в 1948 году британцы покидают Иерусалим. Что происходит, когда прекращается действие Британского мандата?

Отряды Хаганы и еврейской армии используют первоначально наши подворья с той же самой целью. Только британскую жандармерию сменяет иерусалимская полиция, Верховный суд Британского мандата сменяет Верховный суд Израиля. Меняются язык и вывески, суть остается та же. Аренды остаются, только ведает теперь ими не Верховный английский комиссар, а Исаак Рабинович, который еще при Еврейском агентстве, когда еще не было сформировано правительство, исполнял функции того, что будет потом называться «генеральный опекун». Таким образом, автоматически русские подворья были подготовлены англичанами к тому, чтобы перейти в ведомство Генерального опекуна Израиля.

Руководством наших подворий делались попытки добиться какой-то независимости. Полковник Самарский в этот период оказался здесь на месте.Он отстаивал наши интересы, жаловался, если солдаты что-то разграбили или полиция куда-то вторглась незаконно, все время писал протесты:и британцам, и власти, которая пришла в период междувластия, и позже еврейскому правительству, и тому же Рабиновичу. С 1948 года, он пишетжалобы также и Советскому правительству, начиная от консула, первого посланника Ершова, и до высокого уровня включительно, пишет, что жители Русского Иерусалима ждут не дождутся, когда, наконец, «победоносный вождь И. В. Сталин» возьмет все это под свое руководство и т. д.

 

Судьбу Сергиевского подворья действительно можно назвать трагической. В период Первой арабо-израильской войны 1948 года – и дажераньше, когда были перестрелки во время гражданских беспорядков, подворье подвергалось обстрелам. Это описано в документах того жеСамарского и в его отчетах о том, что происходит на других подворьях, что происходит на Александровском подворье. Один из куполов Троицкого собора был разрушен снарядом. Сергиевское подворье сполна разделило горькую участь Русского Иерусалима в XX веке, а поскольку оно было головной организацией, главным подворьем, то ему и больше досталось, в том смысле, что за него больше зубами и когтями держались. Когда мы в 2004 году первый раз пришли в ведомство Генерального опекуна и впрямую спросили, почему не возвращается Сергиевское подворье, нам ответили, что оно записано на Сергия Александровича. Я говорю: «Вениаминовское тоже записано на Сергия Александровича, почему Вениаминовское было возвращено, а потом было продано уже Хрущевым, а Сергиевское не было продано, но и не возвращено?» Чиновник задергался и сказал: «это для нас очень болезненная тема». Наш адвокат Славик Роденко чуть не упал со стула и сказал: «уважаемый господин,но это уже не правовое понятие «болезненная тема», «эмоциональные какие-то отношения и т. д.». С этой точки зрения Сергиевскому подворью наименее повезло.

 

Очевидно, Господь по своему промыслу, сберег Сергиевское подворье до того времени, когда оно будет возвращено России, будет возвращено Императорскому Православному Палестинскому Обществу. Теперь это время наступило. Ведь подворье первоначально было включено в списокимущества, подлежащего продаже, в составе так называемой «апельсиновой сделки», в результате которой были проданы Мариинское, Николаевское, Елизаветенское и другие наши подворья. Переговоры велись долго, они были длинные, нудные, тягучие, с 1959 до 1964 года. Но в1963 году, за год до окончания переговоров, наш посол Бодров, очевидно, по указанию МИДа, вычеркнул Сергиевское подворье из подлежащихпродаже, чем израильская сторона была очень недовольна. Свое решение Бодров обосновал с экономической точки зрения: мы ведь говорили о7 миллионах, а вы теперь готовы заплатить только 4,5. Хотя возможно не только это. Но, во всяком случае, Бог спас тогда Сергиевское подворьеот продажи, и тогда бы нам и говорить о нем было бесполезно.

 

Каким Вы видите сегодняшний и завтрашний день Сергиевского подворья? 

Что касается сегодняшней его роли, я думаю, что она будет очень важной. Дело заключается в том, что 60 лет существует государство Израиль,в том числе, существует Западный Иерусалим, а с 1967 года существует присоединенный или, как считается в официальных правовых документах международного сообщества, «оккупированный Восточный Иерусалим». Во всяком случае Иерусалим существует, и государством Израиль даже провозглашен столицей, хотя никакие державы этого не признают. Тем не менее, на протяжении 60 лет после декларации независимости, 40 летпосле Шестидневной войны 1967 года, в Иерусалиме нет никакого русского присутствия. Есть Русская Духовная Миссия, но она представляет Русскую Православную Церковь, но нет никакого культурного центра, как во многих странах и во многих городах, никакого научного центра, как существуют францисканские, доминиканские, американские, немецкие учреждения в Иерусалиме.

 

Сергиевское подворье на сегодняшний день может стать единственным центром русского присутствия в Святой Земле и в Иерусалиме – реального, светского, а не церковного. Поэтому я считаю, что очень актуально было бы на Сергиевском подворье создать Научный центр Императорского Православного Палестинского Общества на основе той самой библиотеки и того самого архива, который сохранился. Пусть он не полностью сохранился, будем восполнять, будем восстанавливать, будем с помощью электронных средств воссоздавать недостающие звенья. Так или иначе, это должен быть форпост научной и общественно-культурной жизни России и Императорского Православного Палестинского Общества в Иерусалиме. Вот что такое для нас сегодня Сергиевское подворье.

 

Дорогой Николай Николаевич, при беглом осмотре сохранившихся документов можно ли предполагать, что нас ждут какие-то особенные открытия в истории Сергиевского подворья, или уже найдены какие-то документы, которые прямо сейчас можно считать открытием? 

Если говорить строго в научном плане, радикальных открытий не будет по двум простым причинам.

Во-первых, архив довольно плохо сохранился, причем, виноваты в этом те арендаторы, которые занимали это помещение. Получилось так, что100 лет всё сохранялось, всё было нормально, и почему-то перед тем, как передать подворье России, нужно же было так «случиться», чтобы в 2002 году произошел пожар, чтобы выгорел 2-й этаж, чтобы всё было залито водой при тушении пожара, чтобы выгорела крыша, чтобы потом дождь заливал всё Сергиевское подворье, особенно именно его восточный корпус. Шкафы с книгами и бумагами были просто залиты водой. Мы видим, разбирая сегодня пострадавшие книги и документы, что это не столетней давности утраты. Это результат того тушения пожара, который имел место в 2002 году.

 

Во-вторых, как я уже сказал, вся структура деятельности Палестинского Общества, именно в силу ее высокой организованности и прозрачности,представляла собой настолько четкую иерархическую систему, что все основные документы дублировались, и соответствующие копии откладывались в руководящих органах в Петербурге.

 

Но, повторяю, есть данные, в частности, это относится и к инвентарным книгам, и к копировальным книгам документов, и к продовольственнымкнигам, которые могут многое сказать исследователю. Сколько именно чего елось, пилось, на каких подворьях, и, значит, сколько людей там было.Вот мы открываем книгу, которая передо мной на столе, и читаем: «шкафчиков 3 таких-то, шкафчиков прикроватных для паломниц 64 и т. д.». Мы сразу определяем, сколько же было паломников, как гигиена была устроена, сколько было умывальников и «отхожих мест». Вот таких документов нигде больше не отложилось. Эта сторона – уникальная часть архива Сергиевского подворья, и касается она не только самого Сергиевского, но и жизни, хозяйственной и функциональной деятельности всех подворий в Иерусалиме.

С другой стороны, как я уже тоже сказал, в составе библиотеки и архива, сейчас нами разбираемого и описываемого, есть некоторые изданияи книги, которых я в других местах не видел. Есть и такие.

 

Значит, есть перспектива для научной деятельности ИППО? Архив и библиотека могут заинтересовать российских ученых? 

Конечно. Если мы создаем Научный центр, мы создаем его на основе имеющихся здесь библиотеки и архива. Именно для того, чтобы ученыеиз Москвы, из Петербурга, откуда угодно, могли приехать на Сергиевском подворье в Иерусалиме и посмотреть эти архивные уникальные материалы, поработать с ними. С этой точки зрения, значение архива и библиотеки огромно.

 

Я не говорю уже о том, что материалы библиотеки и архива важны с точки зрения реализации того, что мы называем «русским присутствием».Дело в том, что есть наши русские документы, разрозненные по иерусалимским архивам, но там опись на иврите, ты должен сначала знать, чтоты собственно ищешь, и можешь не найти того, что надо. Здесь у нас свой архив, русский, России принадлежащий архив, размещенный в России принадлежащим здании, над которым по торжественным дням будет вывешиваться флаг Императорского Православного Палестинского Общества. Возвращенное подворье в буквальном смысле станет и административным, и духовным, и научным центром нового Русского Иерусалима.

Нам приходится сегодня начинать там, где когда-то наши предки остановились в 1914 году. Между 1914 и 2004 годами шла борьба за сохранениеэтого наследства, но не за приумножение его. Сегодня мы имеем возможность в научном отношении идти дальше. Мы можем продолжать то, что когда-то начали В. Н. Хитрово, А. А. Дмитриевский – великие наши ученые, которые работали в Иерусалиме.

Какого рода конференции, по каким темам можно предложить после возвращения Сергиевского подворья Императорскому Православному Палестинскому Обществу в рамках изучения его архивов, что было бы актуальным на сегодня? 

Назову, в качестве примера, лишь несколько знаменательных дат. В этом году исполняется 175 лет со дня рождения Василия Николаевич Хитрово. Конечно, Сергиевское подворье и Императорское Православное Палестинское Общество просто обязаны отозваться на эту дату. Это была бы самая достойная тема для конференции и по истории Сергиевского подворья, и по истории деятельности Палестинского Обществав Святой Земле.

100 лет исполняется со дня смерти генерального консула в Иерусалиме Александра Гавриловича Яковлева – замечательного русского человека, больше всех сделавшего по закреплению и юридическому описанию всего массива документации по русскому присутствию в Святой Земле. Видимо, МИД отмечать этого не будет, а Палестинское Общество, членом которого был Яковлев, по приглашению и по рекомендации В. Н. Хитрово, который с ним дружил, Палестинское Общество, считаю, обязано это отметить. Именно при Яковлеве совершилось закрепление основных наших недвижимостей, в т. ч. Сергиевское подворье было оформлено как номинальная собственность великого князя Сергия Александровича в 1898 году именно Яковлевым.

В 1889 году, 120 лет назад, на угловой башне Сергиевского подворья был впервые поднят флаг Императорского Православного Палестинского Общества в день рождения великого князя Сергия Александровича 29 апреля (12 мая по новому стилю). А 20 октября (2 ноября по новому стилю) мы будем праздновать другой юбилей – 120 лет освящения Сергиевского подворья.

А если не привязываться к датам, то Палестинское Общество при первой же возможности, при первых же средствах финансирования должноне забывать о научно-популярной деятельности. Сегодняшнему израильскому обществу нужно объяснить, что такое Сергиевское подворье, что такое Императорское Православное Палестинское Общество, каков его научный потенциал, каковы его научные и гуманитарно-просветительские цели, с которыми мы возвращаемся в Иерусалим и в Святую Землю. Это не пиар, не дешевая реклама, это просто нужно самому Иерусалиму и Израилю.

С помощью международных конференций, семинаров, которые можно здесь проводить, чтения цикла лекций надо положить начало деятельности Научного центра Сергиевского подворья. Нам есть, о чем говорить, и есть, на чем строить научные обсуждения на научных конференциях.

версия для печати